Минздрав РФ нацелился на инжиниринг здоровья. Так называется новая концепция медицины, когда человек начинает заниматься своим организмом не тогда, когда ему станет плохо, а когда обнаружились риски отклонения от нормы. Об этом говорилось и на прошедшем в начале июня Петербургском международном экономическом форуме. 

Ректор Российского национального исследовательского медицинского университета им. Н.И. Пирогова Министерства здравоохранения Российской Федерации Сергей Лукьянов признался, что термин “управление старением” режет ему слух. (Напомним, под руководством академика в 2024 году в нашей стране был создан первый в мире препарат от неизлечимого ранее аутоиммунного заболевания, болезни Бехтерева).

“С одной стороны, мы видим огромный прогресс, который был сделан в последние десятилетия. Он позволил улучшить качество жизни и увеличить ее продолжительность, облегчить страдания миллионов людей. Но, с другой стороны, у нас до сих пор нет полного понимания, как устроен организм человека и каковы механизмы увядания тела и мозга”, - отметил академик Лукьянов.

Он подчеркнул, что знания человека о себе крайне ограничены. А если мы не понимаем фундаментальные причины и механизмы старения, то о каком управлении всеми процессами можно вести речь? По-моему, очень ценное и важное замечание.

Тот самый рывок в продолжительности жизни, который произошел в XX веке, состоялся благодаря антибиотикам, прививкам и гигиене. Все это базировалось на нашем понимании, откуда берется проблема (инфекция), продолжил ректор.

Поэтому, по его словам, следует честно признать, что есть зоны, которыми человек действительно в состоянии управлять. Например, пропаганда здорового образа жизни - это хорошо, потому что в сфере снижения заболеваемости сердечно-сосудистыми заболеваниями реально достичь колоссальных успехов просто обучая людей следить за своим здоровьем. Если человек будет контролировать давление, состав крови, вовремя посещать врача, польза, несомненно, будет. 

В онкологии тоже есть представление о том, как возникает опухоль, на каких молекулярных механизмах она основана, но нужно создавать все более персонифицированные подходы в лечении конкретных заболеваний. При этом о генетически наследуемых заболеваниях информации очень мало. Хотя прогресс в этой области есть, регулярно появляются лекарства, потенциально таких недугов сотни тысяч, ведь до 7 тыс. генов могут быть в той или иной степени поломаны и вести к тяжелым последствиям.

Не все так просто с нейродегенеративными заболеваниями, где человечеству еще предстоит сделать открытия.

“После 85 лет до половины людей страдает ими, - привел статистику Сергей Лукьянов. - Это огромная проблема и для самих пациентов, и для их семей, и на уровне страны. Решить ее или хотя бы облегчить ситуацию пока никому в мире серьезно не удалось, несмотря на все вложения”.

Из-за огромных потоков информации в современном мире, многозадачности, хронических стрессов растет количество невротических расстройств. Поскольку в организме все взаимосвязано, невротические нарушения могут усугублять распространенные хронические заболевания - сердечно-сосудистые, неврологические, онкологические и др. , затруднять лечение основного заболевания. 

С Сергеем Лукьяновым не поспоришь. В науке о человеке, в медицине остается много «белых пятен». 

Сохраняется масса состояний и заболеваний, которые человек не умеет ни лечить, ни профилактировать.

Задумайтесь, человечество даже не знает точное количество заболеваний, от которых нет спасения. Только около 4 тыс. заболеваний (вдумайтесь в эту цифру!) имеют специфические одобренные терапии.

До сих пор довольно мало известно о микробиомах и их роли в жизни человека. Например, есть данные, что микробиом, кишечник и мозг связаны между собой, но механизмы этой связи еще предстоит выяснить. Установлено, что микробиом регулирует иммунитет и настроение, но как именно — неясно. Отмечено, что нарушение баланса ведет к воспалительным заболеваниям, раку, ожирению, диабету, но точные методы восстановления неизвестны. 

Все эти нерешенные проблемы подогревают интерес к крионике. Смысл в том, чтобы сохранить тело или, чаще, мозг человека после смерти при сверхнизкой температуре, чтобы в будущем, когда медицина станет намного более развитой, можно было восстановить ткани и вернуть человека к жизни. Хотя сохранение отдельных клеток и эмбрионов сегодня широко практикуется, замораживание и последующее возвращение к жизни человеческого тела целиком все еще не имеет научного подтверждения. 

Вместе с тем, в Европе есть стартап, который всего за 200 тыс. долл. замораживает пациентов после смерти. Если верить сайту фирмы, сегодня у нее хранится 20 тел человека и 10 - животных. 

Еще никому не удавалось успешно реанимировать кого-либо после криоконсервации, а даже если бы это удалось, потенциальным результатом могло бы стать возвращение к жизни с серьезными повреждениями мозга, считает профессор нейробиологии из Англии Клайв Коэн. Он описывает крионику как «неуместную веру в антифриз и непонимание природы биологии, физики и смерти». По его словам, как только сердце перестает биться, наши клетки начинают разлагаться, причиняя огромный вред. Когда тело затем нагревают после криоконсервации, «все разложение, происходившее на ранней стадии после смерти, начнется заново». 

Критики крионики объясняют, что в человеческом организме огромное количество различных и взаимозависимых систем, которые зависят друг от друга для выживания. Может случиться так, что одна ткань выживет, а другие жизненно важные ткани, например, более чувствительные органы, такие как почки, — нет. А мозг, орган, который люди больше всего стремятся сохранить, вероятно, является одной из самых хрупких и сложных структур из всех. Крионика основана на выдаче желаемого за действительное, а не на доказательствах, подчеркивают они.

Есть те, кто возлагает надежды на искусственный интеллект, ссылаясь на то, что он ускоряет появление медицинских открытий, сокращает время разработки новых лекарств с традиционных 10–15 лет до всего 1–2 лет и справляется с этим за счет машинного анализа огромных массивов данных, мгновенного моделирования молекулярных структур и выявления скрытых закономерностей, недоступных человеку. 

Как бы то ни было, Сергей Лукьянов прав: необходимо инвестировать в фундаментальную науку. Только так можно будет в будущем получить колоссальный прорыв и в продолжительности жизни, и в продолжительности качества здоровой жизни. 

Вадим Винокуров
Член Общественного совета при Федеральной службе по надзору в сфере здравоохранения