На сайте правительства России сказано, что сейчас в перечне ЖНВЛП 827 препаратов. Из них 666 лекарств (81%) производятся в России по полному циклу.

Цены на лекарства из перечня ЖНВЛП регулирует государство: оно устанавливает предельные отпускные цены производителей, а также максимальные оптовые и розничные надбавки к фактической стоимости лекарств. Список жизненно необходимых препаратов обновляется ежегодно и определяет наполнение других нормативных документов в сфере здравоохранения, включая программу госгарантий бесплатной медицинской помощи. Принятие решения по включению/невключению в ЖНВЛП – всегда компромисс между потребностями системы здравоохранения и финансовыми возможностями государства.

Сразу оговорюсь, что получение “зеленого света” на заседании комиссии не означает автоматического включения в этот перечень. История знает немало примеров, когда в последний момент “что-то пошло не по плану”, и лекарство в список так и не было включено. И тем не менее - какие же пациенты получили надежду на большую доступность препарата? 

По итогам первого заседания 5 августа комиссия рекомендовала включить в перечень четыре препарата. Это мосунетузумаб для лечения рака лимфатической системы (Roche), белумосудил для терапии одного из осложнений после трансплантации костного мозга (Sanofi) и отечественный препарат дантролен – позволяет купировать связанные с генетическим заболеванием нежелательные реакции на препараты для общего наркоза («ОнкоТаргет»). Также комиссия одобрила включение в список ЖНВЛП сахароснижающего эртуглифлозина. Он был в перечне до 2022 г., но был исключен после ухода с российского рынка компании-производителя MSD. Благодаря импортозамещению теперь он снова может оказаться в перечне.

Во второй день, 7 августа удача улыбнулась еще пяти производителям.

Спустя три неудачных попытки наконец-то заручился поддержкой комиссии препарат «Энхерту», принадлежащий AstraZeneca. Во время обсуждения вновь встал вопрос о том, что, если следовать утвержденной инструкции, окажется, что очень многим пациентам начнут назначать это лекарство. Для бюджета это означает непомерную нагрузку. С другой стороны, данное лекарство наиболее критично для небольшой группы онкобольных с HER2-положительным неоперабельным или метастатическим раком молочной железы. Поэтому AstraZeneca сделала беспрецедентное предложение: внести изменения в инструкцию и оставить там только этот подвид рака молочной железы, отозвав остальные. Кроме того производитель предложил новую цену — 55 тыс. руб. за упаковку вместо 62,15 тыс. руб. В итоге препарат был рекомендован к включению в ЖНВЛП.

Контролировать правильную выписку будут ФФОМС и Росздравнадзор, они станут ежеквартально мониторить корректность назначений. Этот кейс создает важный прецедент для будущих включений узких показаний в широкие инструкции.

Еще одна одобренная противоопухолевая терапия — энкорафениб и биниметиниб, которые применяются совместно, от Pierre Fabre. Энкорафениб в комбинации с биниметинибом показан для лечения взрослых пациентов с неоперабельной или метастатической меланомой с мутацией BRAF V600, в комбинации с цетуксимабом – с метастатическим колоректальным раком с мутацией BRAF V600E. В августе 2025 года Pierre Fabre выходила с предложением включить энкорафениб в ЖНВЛП по цене 59,7 тыс. руб. за упаковку, но тогда комиссия ответила отказом. Сейчас, когда цена опустилась до 53,5 тыс. руб., “пропуск” в перечень был выдан.

Рекомендацию для списков ЖНВЛП и «14 ВЗН» получила «Клотилия». Это первый отечественный инновационный препарат для лечения синдрома Хантера. Производителю «Генериуму» также пришлось снизить цену (до 65 тыс. рублей), чтобы снять сомнения членов комиссии.

Еще одна российская победа: равидасвир от ЦВТ «ХимРар» для лечения хронического вирусного гепатита С.

Самые жаркие дискуссии разгорелись вокруг средства от муковисцидоза. Главная сложность — текущая неопределенность с оригинальным препаратом. Если включить воспроизведенный препарат (его выпускает аргентинская компания Tuteur, чьи интересы в России представляет ООО «Медицинская исследовательская компания» («МИК»)) по цене 597 тыс. рублей, оригинальный производитель Vertex может покинуть рынок. Поскольку аргентинская производственная площадка до сих пор не прошла GMP-инспекцию (обещали в апреле, потом перенесли на ноябрь), может возникнуть временный дефицит лекарства. К тому же ФАС смутили «скачущие» ценовые предложения кандидата (от 707 тыс. до 597 тыс.). В итоге принятие решения по этому лекарство перенесено. Так что это вовсе не красный, а всего лишь желтый «светофор».

Всероссийский союз пациентов (ВСП) неоднократно заявлял о том, что между одобрением комиссии по лекарственным перечням и фактическим погружением препаратов ЖНВЛП в клиническую практику проходит слишком много времени. Он предлагал различные варианты синхронизации бюрократических процедур, чтобы инновации быстрее попадали к российским пациентам. Однако достичь консенсуса с Минздравом РФ по этой теме не удается. Вот и недавняя инициатива ВСП не получила поддержку регулятора. 

Смысл был в том, чтобы приблизить даты составления списка ЖНВЛП со сроками бюджетного планирования. Для этого необходимо лишь направлять готовый проект перечня в правительство РФ до 15 июля (вместо 15 октября, как сейчас), чтобы финансирование новинок гарантированно успевали заложить в бюджет. Если это невозможно, активисты просили разрешить оплачивать инновационную терапию сразу после ее одобрения Минздравом РФ за счет средств программы госгарантий бесплатной медпомощи. 

В настоящий момент новые медикаменты включают в перечень поздно, когда бюджеты на следующий год уже сформированы, поэтому больницы просто не получают денег на их покупку. Но Минздрав РФ счел, что новшество грозит рисками «разбалансировки финансовой устойчивости медорганизаций», «возникновения социальной напряженности», а также «снижения доступности некоторых видов помощи для населения».  

В отраслевом министерстве добавили, что даже отсутствие препарата в перечне ЖНВЛП не является препятствием для его доступности - по жизненным показаниям они могут быть назначены врачебной комиссией. Вдобавок лекарственное обеспечение детей с муковисцидозом осуществляется через специализированный государственный фонд «Круг добра».

Еще одна проблема перечня ЖНВЛП в том, что в него «все включается и ничего не исключается». Такой подход лишает фарминдустрию ориентиров, убеждена руководитель Центра лекобеспечения Елена Максимкина. По ее словам, при комплексной оценке препарата следует сравнивать его не только с лекарствами, но и с другими технологиями, решающими те же задачи. 

«Задача государства — лечить наиболее эффективно. Это приоритет номер один. Приоритет номер два — делать это наиболее экономичным способом. Экономика все равно будет следовать за эффективностью. Всегда отдается приоритет пациенту», — подчеркнула Елена Максимкина.

Вадим Винокуров, Член Общественного совета при Федеральной службе по надзору в сфере здравоохранения